Искусство античного мира. Кипр, Древняя Греция, Этрурия, древний Рим Зал №4 Изначально зал №4 был запасным. Создатели музея понимали, что коллекция будет постепенно расширяться, поэтому на стадии проектирования предусмотрели дополнительные помещения. Уже с 1914 года зал №4 сделался экспозиционным и стал называться Залом подлинников. Здесь можно было увидеть подлинники, представляющие разные виды искусств: изделия из бронзы французских мастеров XVII-XIX веков, переданные в музей графом А.А. Бобринским, раннюю итальянскую живопись из собрания М.С. Щекина и другие коллекции. В 1924 году в этом зале экспонировалась живопись из Ленинграда. С мая по август 1955 года в зале №4 показывали живопись Франции и Англии из коллекции Дрезденской галереи перед возвращением полотен в Дрезден. Затем с ноября 1955 по февраль 1956 года зал №4 принял в своё пространство произведения французских мастеров XVII-XVIII веков. С 1974 года в зале №4 тридцать лет экспонировались произведения искусства итальянских мастеров XVI века. Последнее обновление и расширение постоянной экспозиции произошло в 2007 году, благодаря переводу части фондов в соседнее здание и размещению там музейных предметов XIX-XX веков. В результате левое крыло Главного здания было полностью предоставлено для показа памятников культуры и искусства Древнего мира. В зале №4 можно увидеть подлинные работы греческих и римских мастеров эпохи античности. Коллекция античных памятников Музея относится к числу наиболее значительных в его собрании, охватывая период с конца III тысячелетия до н.э. по начало IV века. В четырех разделах новой экспозиции представлены самые интересные и характерные памятники основных художественных регионов и центров античного Средиземноморья. Амфоры Античных центров Средиземноморья. Статуя правителя Горгиппии из Анапы Первый раздел – искусство древнего Кипра, острова, лежащего на пересечении морских и торговых путей Восточного Средиземноморья. В его памятниках нашли отражение традиции и черты самых разных культур. Второй раздел посвящен искусству Древней Греции. Особенно разнообразна коллекция расписной керамики, начиная с самых ранних образцов – микенских сосудов XIV–XIII вв. до н.э. со скромным декором, в котором преобладают линеарные мотивы, и до краснофигурных ваз Аттики и Южной Италии IV в. до н.э., украшенных сложными многофигурными композициями, часто на мифологические сюжеты. Третий раздел экспозиции знакомит с искусством Древней Италии, в начале I тысячелетия до н.э. заселенной многочисленными народами. Четвертый, заключительный раздел экспозиции посвящен искусству Древнего Рима. Впервые большое место отведено предметам декоративно-прикладного искусства – сосудам из стекла и керамики, мозаикам и фрагментам фресковых росписей, декоративный рельефу и бронзовой утвари, всему тому, что наполняло и украшало повседневный быт римлян. Вазы буккеро – специфически этрусский вид керамики. Черный цвет сосуда, покрытого блестящим лаком, четкие формы с острыми профилями и деталями, имитирующими заклепки, рельефный декор – все эти особенности указывают на металлическую утварь как прототипы подобных ваз. Первые сосуды буккеро появляются в середине VII в. до н.э., они отличаются тонкими стенками и обычно так и называются: «тонкое буккеро». Их блестящая черная поверхность украшена скромными гравированными орнаментами, реже – рельефными изображениями. Постепенно стенки ваз утолщаются, лак приобретает более тусклый, сероватый оттенок, рельефы исполнены обобщенно и схематично, с помощью цилиндрического штампа, прокатывавшегося по поверхности сосуда. Это так называемое «среднее буккеро», датируемое обычно первой половиной VI в. до н.э. Очень быстро, уже к середине столетия, оно вытесняется «толстым буккеро», господствовавшим в середине и второй половине века. Массивные сосуды, иногда необычных форм и часто довольно больших размеров, украшены изображениями в невысоком рельефе. Последние оттиснуты на поверхности вазы с помощью формы. Комбинируя несколько форм, мастер мог создавать разнообразные композиции. Но чаще он довольствовался одной-двумя, повторяя их в виде фриза на шейке и тулове сосуда. Амфора Буккеро с петухом на крышке. Этрурия. Вторая половина VI в. до н.э. Глина темно-серая, черный лак Искусство Этрурии. 8-7 вв. до н.э. Керамика Иония, Греция. Первая половина VI в. до н.э. Класс Власто Глина, светлая обмазка, черно-коричневый лак, белая краска Далеко не всегда тот или иной музейный памятник может быть безоговорочно приписан определенной школе. В искусстве древности порой происходили настолько сложные процессы – взаимовлияний, заимствований, параллельных путей развития иконографических и стилистических форм, – что невозможно сказать однозначно: это работа Кипра, или Египта, или Греции. Сомнения в происхождении памятников иногда не разрешаются столетиями – и некоторые из них не могут быть разрешены. Существует не только много людей с этнически сложными корнями, но и много памятников. Один из них – Аполлон из Навкратиса. Статуэтка была выкуплена В.С. Голенищевым в Каире в 1887 году. Аполлон из Навкратиса. Греко-кипро-египетский круг. Вторая четверть VI в. до н.э. Гипс, красная и черная краски В начале V в. до н.э. на Кипре появились сцены ритуальных пиров-симпосиев, которые, вероятно, давно имели место в жизни, но только теперь получили свою иконографию. Как и везде на Востоке, а также в Этрурии и Греции, тема пира широко распространилась в погребальном искусстве. Известен ряд надгробий, почти квадратной формы (или вытянутых в ширину), с нишеобразным пространством, в котором помещен умерший с супругой. Один из замечательных образцов такого типа представляет надгробие из бывшей коллекции В.С. Голенищева, хорошей сохранности. Верхняя часть надгробия с изображением супругов за ритуальной трапезой. Кипр, V в. до н.э. Известняк, красная краска Во II тыс. до н.э. в Эгеиде процветала крито-микенская цивилизация, названная по двум главнейшим ее очагам: сначала господствовал Крит (2000–1400), за ним – Микены (1600–1100). Город Микены в Пелопоннесе, давший название культуре, – в эллинской традиции столица Агамемнона, предводителя греческих войск в Троянской войне. В ареал воздействия дворцового мира были вовлечены многие страны и народы Средиземноморья; особенно тесные контакты поддерживались с Египтом и Месопотамией, в микенское время – с Кипром, где, как говорилось, в течение столетий работали керамические балканские мастерские. Среди художественной продукции греческих мастеров, дошедшей до нас от античной эпохи, наиболее многочисленны фигурки из обожженной глины (терракоты) – изделия коропластов. Слово «терракота» происходит от итальянских корней В науке также употребляется слово «коропластика», образованное от древнегреческих слов "девушка" и "делаю, леплю", то есть создание изображений девушек. Двуручные кубки. Женские фигурки Микены, Греция. 1375–1300 до н.э. Глина, красно-коричневая краска; вылеплены от руки, покрыты лаком Среди многочисленных школ вазописи архаической эпохи ведущую роль, безусловно, играл Коринф, один из крупнейших греческих центров того времени. Во второй половине VII в. до н.э. и в начале следующего, VI столетия вазы, расписанные коринфскими мастерами, пользуются огромной популярностью не только в Греции, включая Афины, но и по всему Западному Средиземноморью Коринфская керамика В Аттике последней четверти V в. до н.э., где продолжало процветать вазописное искусство, одним из выдающихся художников был мастер Диноса, названный по росписи сосуда-диноса в Берлине. Учителем вазописца считается мастер Клеофона, серьезные и торжественные росписи которого сродни творениям его старшего современника Фидия. Обычно мастер Диноса любит двухъярусные композиции с динамичными сюжетами, далекие от суровых эпических сцен, спорадически сохранявшихся у его предшественников. Его мир – это мир Диониса, но не буйный и экстатический, а идиллический, тихий. Краснофигурный кратер с изображением Гермеса и пляшущих сатиров. Афины, Греция. Ок. 420 до н.э. Мастер Диноса. Глина красноватая плотная; лак от черного до золотисто-коричневого; белая краска Роспись большой чернофигурной амфоры рассказывает об одном из двенадцати подвигов греческого героя Геракла – похищении ужасного пса Кербера, стража Подземного царства. Герой, в львиной шкуре и с палицей в руке, подкрадывается к чудовищу. За спиной Геракла – бог Гермес, помогающий герою, за Кербером, в портике, – богиня Персефона, царица Аида. Композиция росписи тщательно продумана, фигуры спокойны и величавы, их движения неторопливы и уверенны. Вазописец подробно передает все детали – мелкими процарапанными штрихами показана шерсть львиной шкуры, длинными косыми линиями, подчеркнутыми пурпуром, – складки плаща Гермеса, белой краской – лицо и руки Персефоны, а также колонна портика, в котором стоит богиня. Интересно, что вазописцы нередко отступали от мифической традиции, изображая Кербера не трех-, а двухголовым; такой вариант мы видим и в росписи московской амфоры. Чёрнофигурная амфора с изображением Геракла и тритона. Аттика, Греция. Ок. 530 до н.э. Мастер Андокида. Глина, черный лак, пурпур, белая краска В храме Диониса в Таренте, одном из древнейших и богатейших городов Южной Италии, было найдено много посвятительных терракотовых фигур разного времени с изображением симпосиастов. Участник симпосия – мужчина, пребывающий в ритуале перехода, – воспроизводит путь своего бога, который и в олимпийской религии сохранил изначально смертную природу. Дионис, умирающий и воскресающий бог, ежегодно погибал как виноград и возрождался в образе вина, почему потребление последнего воспринималось как «причащение Дионисом», его «новой кровью». Возлежащий юноша-симпосиаст. Тарент, Южная Италия, VI в. до н.э. Глина, белая обмазка, красная краска; изготовлена в двух матрицах; односторонняя В многочисленном репертуаре италийских терракот уже в эпоху архаики появляются изображения лиц-масок в шлемах, которые имеют своих предшественников в микенском искусстве, где известны костяные головки воинов в шлемах из клыков вепря или шлемы как таковые. Голова, верхняя, высшая, «небесная» часть человеческого тела, занимала важное место в системе ценностей «отцовской» культуры, противопоставляясь или всему телу, или животу-лону «матери». Мужская голова в шлеме – голова защищенная, имеющая оболочку, жизнеспособная. Вот почему такой иконографический тип получает популярность в ранней культуре Греции: много изображений на рельефах и вазах, есть ряд фигурных сосудов и т.д. Маска воина в шлеме. Лаций, Италия. VI в. до н.э. Глина коричневая (в сколах темно-серая), с обильными включениями золотистой слюды; светло-сероватая обмазка, черная краска; изготовлена в форме с доработкой стекой Артефакты из pacкoпoк Пaнтикaпeя – cтoлицы Kимepийcкoгo Бocпopa Вазопись Апулии отличает необычайное разнообразие не только самих росписей, их композиционное, сюжетное и живописное богатство, но и множество форм сосудов, различающихся по очертаниям и размерам. Наряду с привычными, удобными для использования вазами, не превышающими в высоту 35–40 см, здесь нередки кратеры и пелики, которые непросто взять в руки – так они велики и тяжелы. Именно к этой группе относится большая пелика из собрания Музея. Ее массивное яйцевидное тулово, сужающееся к вытянутой шейке, покоится на низкой ножке; ручки кажутся непропорционально тонкими и хрупкими и вряд ли способны выдержать вес сосуда. Под стать размерам и росписи, покрывающие вазу. Краснофигурная пелика с изображением мифа об Амимоне и Посейдоне. Апулия, Южная Италия. Ок. 330 до н.э. Мастер Копенгагенской танцовщицы. Глина оранжево-коричневая, черный лак, желтовато-белая и красная краски Саркофаг Уварова получил название по имени его русского владельца. Сергей Семенович Уваров (1786–1855). Президент Российской академии наук (1818–1855) и министр народного просвещения (1833–1849), приобрел его в Риме в 1843 году, за три года до получения графского титула. Памятник был найден в Риме, вероятно, в раскопках конца XVI в.; крышка его утрачена. После приобретения С.С. Уваров отправил «овальную урну» (он не считал памятник саркофагом) в свое подмосковное имение Поречье под Можайском. Ее поместили в музее – в центре среднего зала на втором этаже дворца, c темно-красными стенами и светлыми пилястрами (архитектор И.Д. Жилярди). Саркофаг Уварова. Рим. Ок. 210. Мрамор белый с желтоватой патиной Голова Юпитера в пиниевом венке. Рим, 1 в. н.э. Фигуры плакальщиц. Южная Италия, 3 в. до н.э. Мраморная женская голова из собрания В.С. Голенищева – виднейший памятник античной коллекции Музея. Она больше натуральной величины и явно принадлежала представительной женской статуе, сделанной из разных частей: возможно, мраморная голова венчала мраморный же (или высеченный из другого камня) торс, с накладными деталями. Голова также была увенчана неким отдельно исполненным убором – или диадемой, или короной, или покровом, поскольку в ней есть следы крепления: из-под убора виднелись только мочки ушей и узкая волна обрамляющих волос. Голова "Афродины Голенищева", Александрия, Египет. Конец IV – начало III в. до н.э. Мрамор белый крупнозернистый Эта мозаика была куплена в Италии графом Орловым-Давыдовым и привезена в Россию. В его подмосковной усадьбе "Отрада" она была вделана в пол павильона, предназначавшегося для летней ванной комнаты. Найденная там в 1927 году мозаика поступила в собрании ГМИИ. Римская мраморная мозаика, борьба Тесея с Минотавром Среди большого числа рельефов Кампана эта плита выделяется своим неординарным сюжетом: ни сугубо декоративным, ни историческим, ни мифологическим. Возможно, это чистая фантазия, но, несомненно, навеянная реальной архитектурной средой. Изображен храм коринфского ордера, увенчанный треугольным фронтоном, с примыкающей к нему палестрой представляла собой место для тренировок мальчиков. Рельеф Кампана с изображением Палестры. Рим, I в. до н.э. - I в. н.э. Небольшая мозаика представляет собой почти квадратное поле, обрамленное простой узкой рамкой. В нем помещены друг над другом, головами в разные стороны, две птицы: внизу цесарка, вверху попугай. Птицы так плотно вписаны в отведенное пространство, что у цесарки рамкой срезан хвост, а интервалы заполнены формально: фруктами и веточкой. От обеих птиц идут косые узкие тени. Мозаика с попугаем и цесаркой. Римская империя. III в. Тессеры каменные: зеленого, красного, коричневого, белого, синего, голубого цветов Римский мраморный портрет бородатого бога, 5 век до н.э. Стела обнаружена при раскопках античной усадьбы I в. до н.э., где была использована вторично в качестве строительного блока. Оба позднеклассических памятника, найденные на этой усадьбе1, – Таманский рельеф и Амазономахия (№ 143) – являются своеобразной эмблемой искусства Боспора, символом его художественной среды, неоднородной по составу памятников, качеству их исполнения, а также по направлениям развиваемой традиции. В то время как Амазономахия являет пример локального греческого стиля, Стела с изображением двух воинов представляет магистральную линию культуры эллинов, идущую непосредственно из центра. Однако это не менее сложное и необычное произведение греческого искусства, чем фриз со сценой сражения. Мнения о нем противоречивы. Стела с изображением двух воинов. Найдено на Таманском полуострове, Аттическая школа. Третья четверть IV в. до н.э. Следующий памятник принадлежит к аттическому варианту капителей ионического ордера. Канал волюты – плоско-вогнутый, в центральной части плавно прогнут над эхином. Волюты, свернутые в два с половиной оборота, снабжены выпуклыми глазками в форме полусфер. Капитель ионическая Пантикапей. Вторая четверть V в. до н.э. Известняк; следы красной краски Эта поистине уникальная находка – голова женского божества – была сделана в ходе раскопок Боспорской экспедиции 1989 года при исследовании 12-метрового колодца в центре главного здания басилеи. Она выполнена из белого мелкозернистого мрамора, привезенного в Пантикапей с одного из островов Эгейского моря, вероятно Пароса. Размеры головы свидетельствуют о том, что акролитная статуя значительно превосходила человеческий рост и могла достигать 2,5 м. Голова богини из Пантикапей. Ок. середины IV в. до н.э. Мрамор белый мелкозернистый, островной Плита, ранее относившаяся к фризу, спустя несколько столетий была использована как строительный материал. В I в. до н.э. для сооружения загородной усадьбы боспорца был привезен камень, среди которого находился целый блок фриза, при строительстве специально разбитый на несколько кусков. Это определяется по тому, в какой последовательности обнаруживались его детали. Три части плиты, перевернутые вниз изображением, были вмонтированы в вымостку усадьбы, то есть находились на поверхности. Четвертая часть найдена глубоко под стенами усадьбы (ее и другие блоки использовали для укрепления опоры стен) – это был фрагмент с изображением головы падающего с коня раненого воина, который соединился с основной плитой практически без зазора. Фриз представляет собой уникальный пример боспорского производства, до сих пор не имеющий аналогий в античном искусстве. Фрагмент фриза в ГМИИ им. Пушкина в Москве со сценой сражения амазонок (амазономахия). Боспор. Вторая половина IV в. до н.э. Известняк Портрет бородатого мужчины (поэта Архилоха), II в. н.э. Копия с греческого оригинала IV в. до н.э. Северное Причерноморье. Мрамор Источники информации: e-books.arts-museum.ru , www.antic-art.ru , этикетаж и кураторский текст на стендах